Последствия изменений непрерывности и продолжительности сна в настоящее время становятся в целом понятными, чего нельзя сказать о последствиях нарушения стадийности сна.

     Клиническое значение изменений количества медленноволнового сна, как и в целом значение отдельных стадий сна, остается недостаточно изученным. Медленноволновая активность часто рассматривается в качестве показателя «глубины» сна. Если «глубина» сна соответствует трудности пробуждения пациента из той или иной стадии сна, то повышение количества медленноволнового сна у детей и снижение его у пожилых подтверждают эту точку зрения. NREM-сон является также временем, важным для осуществления ряда физиологических функций организма, например для секреции гормона роста.
    
     Бензодиазепины угнетают медленноволновой сон и в то же время повышают порог для пробуждения; алкоголь увеличивает количество медленноволнового сна и повышает порог для пробуждения; небензодиазепиновые гипнотики не оказывают существенного влияния на нормальную структуру сна. Если под термином «глубина сна» понимать отсутствие двигательной активности, то REM-сон является более глубоким, чем NREM. Так же как и для NREM-сна, последствия депривации REM-сна остаются неизвестными. У пациентов с первичной депрессией подавление REM-сна ассоциируется с улучшением настроения. У здоровых людей единственным явным последствием угнетения REM-сна является увеличение REM-сна.

     Увеличение времени и непрерывности сна оказывают явно определенное влияние на многие аспекты дневной жизнедеятельности человека. Снижение общей продолжительности сна по сравнению с суточной потребностью человека, определяемой, вероятно, генетически, и равной, в среднем, восьми часам приводит к снижению бодрости в дневные часы. Сниженная бодрость (или повышенная сонливость) проявляется в виде «провалов» внимания, затруднений с памятью и повышенного риска дорожно-транспортных происшествий. Лабораторные и эпидемиологические исследования подтверждают эти данные. Существенное количество групп населения сообщают о снижении продолжительности ночного сна и наличии избыточной дневной сонливости. Молодые люди - подростки и молодежь, которые сообщают о том, что они спят в среднем 7 часов в сутки, во время лабораторных исследований демонстрируют наличие избыточной дневной сонливости по данным Множественного теста латентности ко сну, являющегося стандартизированным методом оценки физиологической сонливости у людей. Люди, работающие либо по скользящему графику, либо в ночную смену, также отмечают укорочение времени своего сна приблизительно до шести часов в сутки; при этом у этих работников увеличивается риск попасть в дорожно-транспортное происшествие либо аварию на производстве.

     В настоящее время имеются также доказательства негативных последствий нарушения непрерывности сна. Лабораторные исследования, в которых сон здоровых людей экспериментально был фрагментирован при помощи звуковых сигналов, показали увеличение дневной сонливости у участников, а также снижение концентрации внимания и ухудшение психомоторной работоспособности. Пациенты, чей сон фрагментируется из-за первичных расстройств сна, таких как апноэ сна или периодические движения конечностей во время сна, имеют повышенный уровень сонливости по данным МТЛС. Успешное лечение первичного расстройства сна восстанавливает непрерывность сна и нормализует уровень бодрости в дневные часы у этих пациентов. В такой подгруппе населения, как пожилые люди, сон фрагментирован и дневная сонливость повышена.

  Статья является интеллектуальной собственностью ООО "Новая Клиника"
 при перепечатывании ссылка на сайт обязательна.